Владимир Мацкевич: «Российское телевидение фактически разрушает сознание»

Поделиться:

Владимир Мацкевич: «Российское телевидение фактически разрушает сознание»

Философ, методолог Владимир Мацкевич за последние недели дважды был приглашен в эфир российского ток-шоу «Время покажет». Мы поговорили с ним о том, как оно устроено, на каких приемах пропаганды строится и к каким манипуляциям прибегает. 

— Это ежедневное дневное ток-шоу, рассчитанное на абсолютно обывательскую не взыскательную публику — домохозяйки, пенсионеры, люди, работающие посменно, и вся публика, которая живет в других часовых поясах. 

— Вы туда пошли из профессионального интереса или надеялись что-то донести? 

— Надо признать, что у них хорошо поставлена служба, мне из редакции позвонила некая Василиса, очень вежливая, толковая, способная уговаривать. Первый мой посыл был выяснить, что это за программа и возможно ли там что-то сказать, на что я получил ответ «Да-да, конечно!». Тогда я решил, что мне есть что сказать российскому зрителю. 

Поскольку я не смотрю российское телевидение, название передачи мне ничего не сказало, я уже потом подумал, что, наверное, если бы я сразу знал, что оно из себя представляет, отказался бы. У него очень неприятный ведущий Артём Шейнин, натасканный на технику (технологией это назвать нельзя) зомбирования — лучшего слова не подберу, которой беззастенчиво пользуется.

Артём Шейнин. Фото: скриншот с сайта 1tv.ru

— В чём это проявляется?

— Несколько приёмов можно описать.

С одной стороны, это тщательно подобранный состав гостей в студии – там есть подставные люди и основные гости, которые озвучивают нужную повестку.

Последние всячески выделяются ведущим, подчеркиваются положительными ремарками, характеристиками, одобряются простейшими риторическими приемами «Да-да», «Согласен» и так далее. На другом полюсе находятся парии, которым не дают сказать слово, которых могут оскорблять, описывать их в каких-то страшно негативных категориях, не объявляя, зачем их пригласили в студию, если они такие плохие. Время от времени им позволяется что-то сказать, при этом прерывают сразу же, обрывая на полуфразе, те самые подставные участники, которые, может быть, не предназначены для озвучивания некой специальной позиции, и им не создается позитивный имидж, соглашаться с ними не обязательно, но они выполняют роль церберов по отношению к другим спикерам. 

Я посмотрел эту программу целиком уже потом, поскольку во время моего включения не видел, что происходило в студии, только слышал диалоги. Справа от Артёма Шейнина сидел некий немец Феликс Шультесс,  которого ведущий несколько раз совершенно оскорбительно характеризовал («Кто-нибудь может звук этой кричалки прикрутить?», «Рот закройте» ред.) Рядом с ним на диванчике сидел профессор Александр Сытин – уволившийся из МГИМО достаточно корректный русский интеллектуал. Слева сидел некий человек из Украины (Евгений Копатько ред.), который нес полную ерунду про Украину, ее развал и прочее, и к нему обращались якобы за украинским опытом. Камеры специально всегда показывают ведущего, поэтому некоторые гости сидят затылками, я их не опознал и вряд ли знаю.

Фото: скриншот с сайта 1tv.ru

Но увидел одного моего старого знакомца еще по методологическому движению Тимофея Сергейцева. Из методологического сообщества он выпал, ввязался в политтехнологии, причем, в грязные. Работал в основном по Украине, последний раз я с ним виделся в Москве в 2002 году, когда планировалась достаточно грязная кампания на парламентских выборах. Достаточно неприятный тип, но весьма квалифицированный, натасканный, знающий, с острым умом. Он выступал как раз в качестве позитивного персонажа, возможно, меня включили и с его подачи. При этом меня позвали ещё по одной причине: им было известно, что я не вошел в Координационный совет. 

— Именно за это они зацепились…

— Они думали, что я расскажу им что-то негативное про Координационный совет. 

Следующий важный прием заключается в использовании риторических фигур. Это выглядит таким образом: задается вопрос, который требует развернутого ответа. В него вставляется оценка, квалификация – ты отвечай на мой вопрос, но я, ведущий, уже все сказал про то, что мы можем услышать. Соответственно, я не успеваю сказать первую фразу, меня упрекают в том, что я не отвечаю на вопрос, и снова звучит авторитетная оценка телевидения, канала, ведущего. Кроме того, ведущий позволяет себя перебивать другим участникам, я тоже вроде могу его перебивать, тем самым рвётся грамматическая структура предложения для того, чтобы никакая мысль не была законченной, а цеплялись только слова. Эти слова семантически экспрессивно нагружены, в результате идет перепалка обрывками фраз, разобрать смысл, уловить мысль, выловить идею невозможно. У слушателя создается не только шум в голове, но западают определённые маркеры – фашизм, каратели и так далее. 

Фото: скриншот с сайта 1tv.ru

— Как звучал такой вопрос к вам? 

— Основной вопрос был о том, почему я не вошел в состав Координационного совета. На что я начал говорить о том, что у меня есть несколько оснований для этого, но озвучить я смог только часть первой причины. Все остальное превратилось в базар.  Когда ты отвечаешь на сложный вопрос, который требует разворачивания ответа хотя бы в полминуты, начинаешь не с самого главного, чтобы подвести к нему — вот этого сделать мне и не дали. Ведущий сразу почувствовал, что это будет не в струю его передачи, поэтому он тут же начал переводить разговор на другую тему, цепляться к мелким деталям. При этом постоянно звучала негативная оценка — «У вас нет логики», «Вы противоречите себе» и так далее. При всем при том, ни одна мысль не закончена, но характеристики навешаны. И действительно, у зрителя создается впечатление, что «Он же действительно ничего не сказал», поэтому все оценки ведущего справедливы. 

Но поскольку я немного предвидел ситуацию, в которой мог оказаться, то в самом начале сказал то, что хотел сказать. (читайте расшифровку «диалога» ведущего и Владимира Мацкевича ниже — ред.)

— Как вы думаете, есть ли у них уже чёткая позиция по отношению к нашим событиям?

— Думаю, ее нет, она плавающая в зависимости от настроения сегодняшнего дня. Я ничего не могу сказать о повестке той передачи, в которой я участвовал 27 августа, скорее всего они хотели как-то негативно показать протестующих в лице Тихановской и Координационного совета, и я должен был быть употреблен в качестве аргумента. А во второй передаче, 31 августа...

— И вы согласились идти к ним второй раз? 

—Да, согласился. В длинном, практически ночном разговоре все с той же Василисой я наговорил много. Она пообещала все передать Артёму. И во второй раз я уже попробовал себя. Я считаю себя тертым человеком, способным выруливать в сложных ситуациях. Понятно, что переломить формат заданной каналом темы ни один участник сам по себе не может. Поэтому поставил перед собой задачу выстоять, понимая действия ведущего, гнуть свою линию и при этом сохранить позитивное отношение к себе. Потому что они сами создают имидж любому участнику — это тоже одна из тех техник, которую они используют. Так им удается смешивать с грязью людей с противоположным мнением. 

После эфира я в Facebook получил отзыв от неизвестной мне российской зрительницы, живущей в Челябинске: «Владимир Владимирович, не знала раньше о вашем существовании, но только что наткнулась на ваш разговор с Шейниным. Неслабо удивилась, что слышу это на федеральном канале, и досмотрев, кинулась в Facebook выразить вам свое уважение. Браво! Трудно перекричать трактор, но вам это удалось ровным и спокойным голосом. А финал про нерукопожатность их прямо оскорбил. Это было очень круто!» Вот реакция российского потребителя этой продукции. 

Фото: скриншот с сайта 1tv.ru

— И что было во второй передаче? 

— Она уже была полностью пропагандистская и зомбирующая. Её цель читается достаточно легко. Что они делают? Показывают кадры, выдернутые из многочисленной хроники наших демонстраций, где молодые люди отбиваются от омоновцев в Бресте, в Минске. И что-то демонстрируют из Telegram-канала NEXTA, где молодые люди рассказывают, как строить сцепку. И дальше говорят: вот эти сволочи уже изменили риторику, называют ОМОН даже не ментами, а карателями, и в это же время они выводят детей на митинги, подставляя их этим самым карателям — это ведь гнусная манипуляция и провокация со стороны протестующих. И картинка соответствующая — вот насилие, а вот детки.

Грубо говоря, они провоцируют беларусов и создают у россиян ожидания эскалации ответного насилия. То есть, они не отрицают преступления ОМОНа, и я говорил об избиениях, пытках. Но если ОМОН такой зверский, говорят они, как вы можете подставлять детей, использовать их в таких гнусных целях!

В студии звучат слова, что действительно общая картинка показывает абсолютно мирный протест, с цветами, улыбающимися людьми, но тут же показывают выхваченные кадры столкновений. Да, говорят они, может это всего 5 процентов или даже 1 процент людей, готовых к насилию. И почему вы, Владимир, философ, умный человек, не открещиваетесь от этих экстремистов? «Да потому, что это мой народ, потому что это резонно для молодых людей пытаться защищаться от проявления насилия. Это нормально!» – «Как! Вы мирные протестующие! Вас 95%, а потом к власти придут эти радикалы, использующие детей!»

Тут я, наверное, допустил не очень хороший ход, когда вспомнил Гавроша из многочисленной революционной литературы, которую мы проходили в школе. Дети всегда была участниками протестов. «Вы их подставляете!» — «Дети не могут не включаться. 10 августа на заборах и дверях школ дети вывешивали свои почетные грамоты и дипломы, протестуя против учителей, которые фальсифицировали результаты выборов. Подростки сами способны понять, что происходит в стране». В итоге пришлось сказать, что мне 64 года и я уже не участвую в драках, а по молодости бывало и такое. Поэтому я очень хорошо понимаю сегодняшнюю молодежь и открещиваться от нее не собираюсь.

В общем, задействован весь репертуар пропаганды — демагогия, передергивание фактов, переинтерпретация. И все ради гнусной цели — провокации на ответное насилие, чтобы сказать их правильно бьют.

В конце моего включения Шейнин стал говорить о том, что в следующий раз мы снова поговорим. На что я ответил, что на самом деле, участвуя в подобной передаче, я очень сильно рискую репутацией. В Беларуси руки не подают тем людям, которые светятся в такого рода передачах.

 

Фото на главной: ru.wikipedia.org

Надежда Белохвостик

Материалы по теме

Читать далее
Чтиво
«Протесты малочисленны», «западные кукловоды», «враг у ворот». Трактовки в госСМИ нарративов угроз, целей и последствий протестного движения 
Чтиво
Читать далее
Чтиво
«Больше миллиона уже имеют некоторый иммунитет». Будет ли в Беларуси вторая волна коронавируса?
Чтиво
Читать далее
Чтиво
«Случайный человек в политике». Образ Тихановской и Координационного совета для российского зрителя через призму российских СМИ
Чтиво
Читать далее
Чтиво
Как СМИ показали внезапную инаугурацию Лукашенко
Чтиво
Читать далее
Чтиво
«Протесты идут на спад, акции в поддержку Лукашенко, забастовок нет»: картина августа по версии «СБ. Беларусь сегодня»
Чтиво
Читать далее
Чтиво
It’s witch-hunt de novo. The state-run TV drives the wedge deeper into the society
Чтиво
Читать далее
Чтиво
«Это не мечта, это реальность»! На госТВ появились колоритные эксперты
Чтиво
Читать далее
Чтиво
Как выборы изменили «Антифейк» на ОНТ?
Чтиво
Читать далее
Чтиво
«Ведьмы вернулись». Госканалы продолжают разделять общество
Чтиво
Читать далее
Чтиво
Белорусское ток шоу «ОбъективНО». Эксперимент или эволюция
Чтиво
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.